Обычно этот вирус встречается в тропических и субтропических регионах, включая Центральную и Южную Америку, Карибский бассейн, острова Индийского океана, Южную и Юго-Восточную Азию и Африку. Но новое исследование предупреждает, что вирус Чикунгунья может вскоре распространиться на Европу и Северную Америку.
Учёные из Чжэцзянского медицинского университета в Ханчжоу (Китай) заявляют, что изменение климата создаёт идеальные условия для двух видов комаров-переносчиков в крупных городах мира. «Изменение климата влияет на чикунгунью, главным образом изменяя ареал обитания комаров-переносчиков», — объяснил доктор Ян Ву, автор исследования. «В нашем исследовании азиатский тигровый комар был особенно важен, объясняя более 70% прогнозируемого распространения вируса. Поскольку этот комар лучше переносит прохладные условия, чем комар жёлтой лихорадки, потепление может позволить ему обосноваться в местах, которые раньше были слишком холодными. Когда подходящие комары обосновываются, вероятность местной передачи чикунгуньи возрастает».
Хотя вирус редко приводит к летальному исходу, он может вызывать длительную боль в суставах и инвалидность — само слово «Чикунгунья» на языке кимбунду означает «становиться согнутым» (то есть ходить согнувшись от боли).
Чикунгунья — это болезнь, известная с 1952 года, вызываемая вирусом, который распространяют комары Aedes. Несмотря на то, что в этом году зарегистрировано около 33 000 случаев, чикунгунья является одним из наиболее забытых тропических заболеваний в мире, по данным Всемирной организации здравоохранения. В настоящее время большинство вспышек происходит в тропических и субтропических регионах. Однако к 2100 году это может измениться, считает доктор Е Сюй, один из авторов исследования. «В настоящее время 139 стран или регионов, составляющих 21,3% площади суши мира, являются зонами риска по вирусу чикунгуньи», — сказала она. «Но мы показываем, что согласно моделям изменения климата, вирус将进一步 расширится на север в умеренные регионы, особенно на северо-восток Северной Америки, в Центральную Европу и Восточную Азию».
В своём исследовании команда смоделировала, как изменится ареал комара жёлтой лихорадки (Aedes aegypti) и азиатского тигрового комара (Aedes albopictus) — двух известных переносчиков вируса — по мере повышения температуры. Тревожно, что модели показывают: северо-центральная Европа, северо-восточная Северная Америка и Восточная Азия станут «будущими горячими точками» для вируса.
«Общественность не должна паниковать, но системы здравоохранения должны подготовиться заранее», — сказала доктор Сюй. «Например, чиновники здравоохранения могут действовать уже сейчас, отслеживая комаров Aedes, обучая врачей быстро распознавать чикунгунью, усиливая борьбу с комарами и создавая планы быстрого реагирования до того, как вспышки произойдут. Эти шаги особенно важны в умеренных регионах, где болезнь не была обычной проблемой общественного здравоохранения. Ограничение дальнейшего глобального потепления и инвестиции в базовую готовность могут снизить вероятность того, что будущее расширение перерастёт в крупные вспышки».
Хотя исследование не называет Великобританию будущей горячей точкой, цифры показывают, что случаи заболевания уже растут и там. В 2024 году было зарегистрировано 112 подтверждённых и вероятных случаев чикунгуньи среди путешественников, вернувшихся в Англию, Уэльс и Северную Ирландию — почти в 1,5 раза больше, чем в 2023 году. По данным UKHSA, большинство случаев пришлось на поездки в Индию, за которыми следуют Пакистан и Бразилия. Агентство пояснило: «В настоящее время риска дальнейшей передачи чикунгуньи в Великобритании нет, поскольку нет доказательств того, что инвазивные виды комаров обосновались в Великобритании. Однако, хотя инвазивные комары могли бы обосноваться в некоторых частях Великобритании уже сейчас, изменение климата, вероятно, повысит пригодность условий для этих видов».
Исследование китайских учёных — это не абстрактное предупреждение о далёком 2100 годе. Это прогноз, который уже начинает сбываться. Чикунгунья, десятилетиями остававшаяся «проблемой тропиков», сейчас демонстрирует все признаки «северной экспансии». В 2023 году локальные вспышки были зафиксированы в Италии и Франции, где раньше вирус не встречался. А в 2024 году число завозных случаев в Великобритании выросло в полтора раза — это значит, что европейцы всё чаще заражаются во время отпусков в Азии или Африке, а потом возвращаются домой с вирусом в крови. Если комар Aedes albopictus (азиатский тигровый комар) уже обосновался в Южной Европе (что подтверждено данными ECDC), то вопрос «когда?», а не «будет ли?» локальная передача вируса в Париже или Берлине.
Почему азиатский тигровый комар так опасен? Потому что он, в отличие от своего тропического кузена Aedes aegypti, способен выживать при более низких температурах, его яйца могут переживать морозные зимы в состоянии диапаузы (анабиоза). Потепление климата сдвигает изотерму, за которой этот комар не выживал, всё дальше на север. Сейчас его ареал в Европе достигает Нидерландов и Германии. При сценарии повышения температуры на 2°C к 2100 году (который считается «умеренным»), тигровый комар колонизирует большую часть Польши, Бельгии и юга Скандинавии. А вместе с комаром приходит и вирус.
Чем опасна сама чикунгунья? Летальность низкая (менее 1 на 1000, и то, в основном у младенцев и стариков), но заболеваемость — высокая, а последствия — мучительные. Название «чикунгунья» происходит из языка кимбунду (Ангола) и означает «тот, кто ходит согнувшись», потому что боль в суставах заставляет пациентов принимать неестественную позу. Острая фаза (высокая температура, сыпь, головная боль) длится 5-7 дней, но затем у 30-40% больных развивается хронический артрит, который может длиться месяцами и годами. Суставы опухают, болят при малейшем движении, и эффективного лечения нет — только симптоматическое (обезболивающие). Для пожилых людей это может означать потерю мобильности и независимости.
Учёные из Чжэцзянского университета использовали ансамбль климатических моделей и моделей распространения видов (species distribution models) с высоким разрешением. Они учли не только температуру, но и влажность, количество осадков, урбанизацию (города — это «острова тепла», где комары чувствуют себя лучше). Результат: к 2100 году зона риска охватит 37% площади суши (против 21% сейчас), а население в зоне риска вырастет на миллиард человек. Северо-восток США (Нью-Йорк, Бостон), Центральная Европа (Берлин, Варшава, Вена) и Восточная Азия (Пекин, Сеул) станут «горячими точками» не из-за массового завоза туристов, а из-за того, что местные комары будут передавать вирус от человека к человеку.
Что можно сделать? Вакцины есть (две одобрены, но не широко доступны). Борьба с комарами (ларациды, сетки на окна, осушение луж) требует системного подхода и финансирования. Системы раннего предупреждения (например, мониторинг численности Aedes albopictus в аэропортах) позволят быстро реагировать. Но главное — это осведомлённость врачей. В Берлине или Торонто типичный терапевт никогда не видел чикунгунью и может спутать её с гриппом или ревматоидным артритом, назначая ненужные лекарства и упуская время для изоляции больного.
Пока же советы туристам: отправляясь в Индию, Таиланд или Бразилию, используйте репелленты и сетки. И если после возвращения у вас поднялась температура и заболели суставы — срочно к врачу, и обязательно скажите, где вы были. Вам не поставят диагноз «чикунгунья», если не заподозрят. А климат продолжает меняться, и комары уже собирают чемоданы для переезда на север. Их не остановить ни Brexit, ни стенами на границе. Только глобальным сокращением выбросов и локальной готовностью систем здравоохранения. Иначе «ходить согнувшимся» может стать новым нормальным для жителей Берлина и Бостона уже в этом столетии.
Ваш комментарий