Сегодня исполняется 40 лет (28 января) с того дня, когда шаттл «Челленджер» стартовал в свой десятый полет в космос. К несчастью, корабль так и не достиг цели.
«Челленджер» взорвался через 73 секунды после старта, унеся жизни семи человек, включая участницу программы «Учитель в космосе» Кристу Маколифф. Никто не выжил при запуске 28 января 1986 года с космодрома NASA имени Кеннеди, и это событие навсегда оставило шрам в памяти агентства, его подрядчиков и всей нации.
Рон Доэл, ныне профессор истории в Университете штата Флорида, в тот день находился в Лаборатории реактивного движения (JPL) NASA в Южной Калифорнии. Он смотрел по телевизору запуск «Челленджера» в ожидании ежедневного брифинга JPL о «Вояджере-2» — аппарате, только что пролетевшем мимо Урана. «Шок был visceralным, мгновенным», — рассказал Доэл Space.com. Возможно, для него он был еще сильнее из-за стечения необычных обстоятельств: тогда он был докторантом Принстонского университета по истории науки, приехавшим в JPL, чтобы узнать больше о «Вояджере». Благодаря пресс-пропуску, полученному через контакты по книжному контракту, он наблюдал за реакцией журналистов в реальном времени. «Мониторы в пресс-зале, которые показывали изображения с «Вояджера», теперь снова и снова транслировали запуск и взрыв, — сказал он. — Кто-то из прессы бросился вон из JPL, получив новые задания. Брифинг по «Вояджеру» отменили. Помню, чиновники NASA провели для нас брифинг по поводу аварии позже в тот же день».
Последствия и расследования
Независимая комиссия, часто называемая Комиссией Роджерса по имени ее председателя Уильяма П. Роджерса, расследовала катастрофу «Челленджера» и установила, что ее вызвала совокупность факторов. 260-страничный отчет нельзя свести к нескольким словам, но одна из самых известных его строк гласит: «Решение о запуске «Челленджера» было ошибочным». Были не только технические проблемы (пресловутое разрушение уплотнительного кольца «O-ring» из-за аномально низких температур), но и менеджеры приняли ряд необоснованных допущений.
К несчастью, «Челленджер» не остался единственной трагедией в программе шаттлов. Семнадцать лет спустя, 1 февраля 2003 года, при возвращении на Землю разрушился шаттл «Колумбия», унеся жизни еще семи астронавтов. Это вызвало новое расследование, проведенное Комиссией по расследованию катастрофы «Колумбии». Ее отчет также констатировал, что гибель экипажа стала следствием ряда технических и человеческих ошибок.
Более широкий контекст риска
Другие случаи гибели в космосе включают пожар на стартовой площадке «Аполлона-1» 27 января 1967 года (три астронавта); аварию при посадке советского корабля «Союз-1» 24 апреля 1967 года (один космонавт); и разгерметизацию «Союза-11» 29 июня 1971 года (три космонавта). Этот список не исчерпывающий.
Было и множество опасных нештатных ситуаций, в том числе в недавней памяти: утечка воды в шлеме скафандра у астронавта ЕКА Луки Пармитано во время выхода в открытый космос (2013); повреждения от предполагаемых ударов микрометеоритов кораблей «Союз МС-22» и «Шэньчжоу-20», пристыкованных к МКС и китайской станции «Тяньгун» соответственно (что потребовало замены кораблей для возвращения экипажей). В обоих последних случаях все завершилось благополучно.
Как показывают эти примеры, пилотируемая космонавтика — дело рискованное. Каждый инцидент расследуется, а его уроки формализуются, чтобы предотвратить подобное в будущем. Но непредвиденное иногда случается. Опытные астронавты скажут, что они готовы — как в тренировках, так и психологически — к худшему. Однако в эпоху беспрецедентно частых запусков, включая полеты частных лиц, какие уроки стоит усвоить, чтобы продолжать летать?
Вызовы новой космической эры
Если в недавнем прошлом запуск ракеты на орбиту мог происходить раз в несколько недель, то сегодня мы видим их каждые несколько дней, а то и чаще. Это создает проблему безопасности, которая усугубляется с ростом темпа: проблемы часто видны лишь ретроспективно, а общественность не всегда понимает, как принимались решения, пока их не исследуют постфактум специальные комиссии.
NASA подчеркивает сложность и тщательность процесса принятия решений, особенно по пилотируемым миссиям, таким как предстоящий «Артемис-2» (облет Луны с экипажем). Агентство анализирует прошлые инциденты, изучает аппаратуру, прислушивается к экспертам и привлекает внешних специалистов.
Профессор Доэл отмечает, что всегда принимать верные решения — «трудно и опасно», но люди могут со временем исправлять проблемы в технических системах. Впрочем, добавляет он, ««извлечение уроков» — задача сложная, ведь сами системы не статичны, а постоянно эволюционируют. Мы больше не используем технологии «Аполлона»; старые уроки не обязательно применимы».
Быстрее, лучше, дешевле?
Спутники стали меньше и дешевле в запуске, а от космоса зависят всё новые отрасли. Множество частных компаний, известнее которых SpaceX, удовлетворили этот спрос. Эксперты, с которыми говорило издание, в целом отмечают, что на систему оказывается давление, которое должно учитываться в инженерных решениях.
«Шутка о космических миссиях гласит, что они не стартуют, пока стопка документов не станет высотой с ракету, — говорит Полин Бармби, заведующая кафедрой физики и астрономии в Университете Западного Онтарио. — Проходит колоссальный объем тестирования. Но есть и понимание, что некоторые вещи нельзя проверить на Земле — ты увидишь их только в космосе».
Ответственность и бремя частных компаний
С ростом космической активности частные компании берут на себя всё больше ответственности. SpaceX, Blue Origin, Boeing и Virgin Galactic уже запускали людей. Некоторые их миссии сталкивались с проблемами: аварии New Shepard (Blue Origin) в беспилотных полетах, гибель пилота при испытании Virgin Galactic в 2014 году, несколько аномалий у Falcon 9 (SpaceX). Хотя ни одна из проблем Falcon 9 не затронула пилотируемые миссии серьезно, некоторые критики видят уязвимость в том, насколько правительство США полагается на одну компанию.
В 2024 году пилотируемый испытательный полет корабля Boeing Starliner к МКС столкнулся с рядом неполадок, из-за которых NASA вернуло его на Землю без экипажа. Астронавты вернулись на корабле SpaceX Crew Dragon спустя месяцы после планируемой даты.
Эксперты подчеркивают, что они не являются участниками процессов принятия решений в пилотируемой космонавтике. Но Бармби цитирует мысль известного астронавта Криса Хэдфилда: «Твоя первая задача — не усугубить ситуацию. Часто решение нужно принять не за 10 минут, а за пару дней. Так что урок в том, чтобы не впадать в немедленную панику».
Доэл заключает, что история помогает предотвращать будущие проблемы, но аналогии неидеальны. «История часто не повторяется дословно, но она рифмуется». Например, наследие шаттлов сложно: они не оправдали надежд на дешевые и частые полеты, особенно после катастроф «Челленджера» и «Колумбии», но совершили впечатляющие научные и технологические достижения. Рекорд шаттла «Дискавери» — 39 полетов — будет непростым повторить.
Сегодня, оглядываясь на четыре десятилетия, прошедшие с той морозной январской субботы, мы видим не просто череду трагедий, а мучительный, но необходимый путь накопления опыта. Каждый инцидент — от «Аполлона-1» до «Челленджера», «Колумбии» и недавних нештатных ситуаций — заставлял пересматривать процедуры, культуру безопасности и саму философию освоения космоса. Риск не был устранен и не может быть устранен полностью — он имманентен самому предприятию выхода за пределы нашей колыбели. Но он был, есть и должен оставаться осознанным и просчитанным.
Новая космическая гонка, движимая как государственными амбициями, так и частным капиталом, несет в себе и новые вызовы. Конкуренция и желание сократить издержки могут вступить в противоречие с принципом «безопасность прежде всего». Урок прошлого в том, что компромиссы здесь недопустимы. Система, способная вовремя сказать «нет» запуску, несмотря на политическое давление, финансовые потери или расписание трансляций, — это и есть система, достойная доверия.
Память о семи членах экипажа STS-51L и всех других, отдавших жизни на этом пути, — это не только скорбь. Это постоянное напоминание: за каждым триумфальным стартом, за каждой эффектной трансляцией стоят годы кропотливой работы, миллионов проверок и тяжелого осознания ответственности. Их гибель не была напрасной, если сделанные выводы продолжают охранять жизни тех, кто летит сегодня и полетит завтра. Истинное наследие «Челленджера» — не в замороженных на момент взрыва мечтах, а в том, чтобы, помня о цене, продолжать мечтать и стремиться к звездам, став в этом стремлении мудрее, осторожнее и неутомимее.
Поделитесь в вашей соцсети👇
Ваш комментарий